«По состоянию на сегодня ВСУ могут готовить контрнаступление на 3 локациях: левобережная Херсонщина, Запорожье и Луганщина. На Донетчине еще долгое время будет основательная оборона, а про Крыма мы не можем говорить до того, пока не будет освобожден юг. В свою очередь российские оккупанты могут наступать только на одном плацдарме — Донецкой области. Остальные плацдармы для них в случае наступательной операции станут площадкой для прыжка в мясорубку. И вот почему».
Мнение координатора группы «Информационное сопротивление» Александра Коваленко опубликовал
.
Мы много слышим о том, что может начаться наступление российских оккупационных войск. Но при этом слышим исключительно констатацию самого факта, который не является чем-то странным и удивительным. Или кто-то сомневался, что РОВ хочет продолжать наступать?
В теме очередного масштабного наступления РОВ постоянно присутствует множество переменных, вразумительного пояснения которым нигде нет. И именно разобраться в этих переменных я постараюсь вам помочь. Хотя это исключительно мое субъективное мнение и оно априори не является квинтэссенцией истины.
Итак. На сегодняшний день мы можем четко очертить в зоне боевых действий 5 плацдармов и 7 локаций. Это левобережная Херсонщина, часть оккупированной Запорожской области, Донетчина и Луганщина с локациями, оккупированными в 2022 и 2014, а также временно оккупированный полуостров Крым.
По состоянию на сегодня ВСУ могут готовить контрнаступление на 3 локациях. Левобережная Херсонщина, Запорожская область, Луганщина. На Донетчине еще долгое время будет основательная оборона, а про ВОТ Крыма мы не можем говорить до того, пока не будет освобожден юг.
В свою очередь российские оккупанты могут вести наступательные действия только на одном плацдарме — Донецкой области. Остальные плацдармы для них в случае наступательной операции станут площадкой для прыжка в мясорубку. И вот почему.
Запорожская область
На сегодняшний день на южном плацдарме РОВ сосредоточили подразделения 8, 49, 58 ОВА, 22 АК, 35, 36 ОВА ВВО, 3 АК и прочие. Количественно — это до 30 БТГР, основная часть которых сосредоточена в треугольнике Васильевка — Токмак — Мелитополь.
РОВ регулярно демонстрируют готовность к наступательным действиям, особенно в направлении Орехов и Гуляйполе, но есть одно очень важно НО.
В настоящее время РОВ на этом плацдарме находятся в состоянии «покоя» и получают если не полное, то приемлемое обеспечение.
Обеспечение всей южной группировки РОВ осуществляется через ВОТ Крым и единственную логистическую артерию — Крымский мост. По известным причинам обеспечение осуществляется ограниченное, но достаточное, пока группировка в состоянии «покоя».
Но стоит им выйти из состояния «покоя» и перейти в наступление, потребности резко возрастут, а ресурса транзитного узла ВОТ Крыма хватит не более чем на 2 недели активных наступательных действий. То есть в наступлении РОВ очень быстро выдохнутся на этом плацдарме и…
И все. Прощай южный плацдарм. Россияне теряют контроль над югом с термоядерным ускорением.
Из этого можно сделать вывод, что любая активность на юге для РОВ будет самоубийственной. При этом в случае контрнаступления ВСУ потребность в МТО у россиян также возрастет, поскольку они вынуждены будут перейти в оборону, что также увеличивает расход всего и вся. То есть любая активность, будь то наступательная либо оборонная, для РОВ тут нежелательна.
Луганщина
Ситуация несколько иная по сравнению с Запорожской областью. Прежде всего иная потому, что при наличии прямой логистики из России, ее можно разделить на 2 зоны — Сватовскую и Старобельскую. Если мы говорим о наступлении, то угроза есть лишь со Сватовско-Кременной локации.
Но именно здесь основные артерии, в частности трасса Р-66, уже находятся под огневым контролем ВСУ. Кроме того, сосредоточенные в этом секторе подразделения хоть и многочисленны, но, мягко говоря, штатно не укомплектованы техникой до уровня «утратившие боеспособность».
Если говорить о наступлении РОВ с Луганского плацдарма, то его проблемой станет очень быстрая растрата ресурса и неспособность удержания занятых территорий, а также потеря вследствие контрнаступления ВСУ оккупированных в 2022 локаций. Собственно… не вариант.
Донецкий плацдарм
Это единственный плацдарм, с которого РОВ сейчас могут осуществить наступление. Логистика худо-бедно, но в сравнении с остальными, работает лучше. Наличие сил и средств весьма обширное. Только у Бахмутского плацдарма сосредоточено 32 БТГр, правда, разной степени боеспособности.
В случае увеличения донецкой группировки на дополнительные 30 БТГр и больше, РОВ вполне может развернуть наступление на данном участке куда более активное, чем суицидальные рефлексии под Бахмутом.
Но в этой угрожающей перспективе тоже есть свое НО. И ни одно.
Прежде всего в этой локации одни из самых насыщенных и устойчивых линий обороны ВСУ, а потому даже при наличие ресурса блицкрига не получится. Возможен рывок с ситуационной результативностью тактического уровня и колоссальными потерями. Не более того.
Еще одно весьма существенное НО — это наличие дополнительно 30 БТГр и более. В нынешних условиях появление такого ресурса в данной локации возможно только при стягивании их с других плацдармов, а это ослабление. А там, где ослабление плацдарма — там неминуемое контрнаступление ВСУ.
Перспектива
Для наступления у России ограниченный выбор плацдармов. Да, она может использовать каждый, но только один более-менее может подойти для наступательной операции. Однако для его использования необходим ресурс, которого сейчас нет. Может ли он появится? Да, может.
Продолжение мобилизации в более масштабном и более репрессивном формате может обеспечить РОВ необходимым ресурсом для наступления. Но это будет исключительно пехотная компонента, поскольку обеспечивать войска техникой в таком количестве ВПК РФ не способен.
Предотвращение наступления в таком формате возможно при наличие ряда факторов, но я упомяну лишь два. Первый — это достаточное количество артиллерии и БК, чтобы весь этот мобилизационный потенциал РФ обнулить в самом его зачатке. Второй — это контрнаступление самих ВСУ на одном из плацдармов.
Второе обусловлено своей полезностью тем, что компенсация потерь для РОВ — это насущная и весьма болезненная во всех отношениях проблема. И не потому, что им жалко своих людей — нет, а потому что у них проблема с их формированием, обеспечением и общей компенсацией потерь.
С учетом того что у ВСУ есть 3 перспективных плацдарма, а у РОВ только 1, а сам процесс репрессивной мобилизации в РФ пока не начался, делаем соответствующий вывод, кто в ближайшей перспективе находится в более выгодном положении в общем горизонте событий.
