Беспартийный нардеп Виктория Гриб
[img]http://odessamedia.nethttps://www.youtube.com/watch?v=3l3oksOZFxU[/img] Youtube-канала «Суперпозиция» высказалась о том, что Силам обороны Украины пока не хватает людей.
«Я вижу сейчас, что все же война будет продолжаться. И даже если мы будем получать оружие, да, огромная благодарность нашим партнерам, но мы можем не выдержать чисто физически, потому что у нас людей не хватает. И я бы очень хотела, чтобы мы как раз получали поддержку также человеческой силой», — сказала нардеп.
Фокус разбирался действительно ли украинская армия на грани кадрового кризиса.
Мобилизация в Украине: есть ли дефицит бойцов на фронте
По словам бывшего спикера Генштаба ВСУ, военного эксперта Владислава Селезнева, сейчас информация об уровне укомплектованности членов подразделений Сил Обороны Украины находится под грифом «совершенно секретно». Однако он не отрицает, что некоторые военнослужащие жалуются на нехватку людей в их подразделениях. При этом мобилизация в Украине проходит стабильно, происходит обучение мобилизованных, в том числе за рубежом.
Однако эксперт утверждает, что сейчас численность личного состава не является основной проблемой в современной войне. Сейчас идет война технологий, беспилотных систем, артиллерии и других средств поражения.
К тому же Украина сейчас находится в стратегической обороне, что уменьшает необходимость огромного количества военных на линии соприкосновения с армией РФ.
«Мы находимся в стратегической обороне под прикрытием должным образом построенных инженерных фортификаций. В этой ситуации количество личного состава нужно несколько меньше. Поэтому эти факторы, в определенной степени, работают как компенсаторный механизм для того, чтобы мы имели возможность, с имеющимися ресурсами, иметь стабилизацию на поле боя», — говорит Фокусу Селезнев.
100 тысяч в СОЧ: какие проблемы видят военные в мобилизации
Военнослужащий Вооруженных Сил Украины Игорь Луценко обращает внимание на ухудшение ситуации с личным составом в ВСУ, да и в армии РФ. По его мнению, потери личного состава вызваны не только боевыми действиями, но и внутренними проблемами в структуре Сил Обороны, которые имеют системный характер. Эти проблемы касаются как качества новобранцев, так и мотивации к службе, которая все больше снижается из-за социальных и организационных факторов.
«По данным за первое полугодие, в ВСУ было переведено около 40 тысяч человек в пределах различных подразделений. В то же время официальное количество самовольно оставленных частей (СОЧ) составляет примерно 100 тысяч человек, а реальная цифра, вероятно, значительно выше. Это свидетельствует о серьезной проблеме дезертирства, которая подрывает боеспособность армии. Основной причиной таких потерь являются не только высокие риски службы на передовой, но и внутренние барьеры, которые затрудняют эффективное управление личным составом», — говорит Фокусу Луценко.
В частности, по словам военнослужащего, программа «Армия+», которая должна облегчить перевод военнослужащих между подразделениями, сталкивается с многочисленными препятствиями. На местах ее реализацию часто блокируют незаконными методами, что только ухудшает ситуацию. Без возможности гибкого перевода и надлежащей поддержки военнослужащие просто теряют мотивацию и просто оставляют службу. Если бы не эта программа, масштабы проблемы были бы больше.
«Даже бригады, которые активно рекламируют свою деятельность и считаются элитными, сталкиваются с трудностями. Качество новобранцев заметно снижается. Многие из них не имеют достаточной подготовки или мотивации, что влияет на общую эффективность подразделений», — отмечает военнослужащий.
Это явление Луценко объясняет социальным неравенством, которое глубоко укоренено в обществе. Имущественный и статусный ценз позволяет представителям высших социальных слоев избегать военной службы, и это воспринимается как норма даже в прогрессивных кругах. Такая ситуация деморализует обычных граждан, которые вынуждены нести основное бремя войны.
По словам военнослужащего, пока элита избегает участия в боевых действиях, все больше простых людей выбирают путь дезертирства. Это создает замкнутый круг: нехватка квалифицированных кадров ослабляет армию, а демотивация среди личного состава только углубляет кризис. Для сравнения, Луценко отмечает, что официальное количество пехоты, которая находится на передовой, составляет менее 100 тысяч человек, что меньше количества СОЧ. Это подчеркивает масштабы проблемы, ведь реальная численность тех, кто фактически выполняет боевые задачи, значительно ниже задекларированной.
Для изменения ситуации Луценко предлагает устранить бюрократические и незаконные преграды для реализации программ вроде «Армия+». Во-вторых, обществу следует пересмотреть свое отношение к военной службе, чтобы она воспринималась как обязанность для всех, независимо от социального статуса. Без участия всех слоев населения в войне, в том числе и господствующего класса, мотивация среди военнослужащих будет продолжать падать, а потери личного состава будут расти.
